Муртаг - Кристофер Паолини

Он вставил ключ в замок и поворачивал его до тех пор, пока не услышал неприятно громкий лязг. Бросив последний взгляд вверх и вниз по туннелю, он толкнул дверь.

В комнате внутри было совершенно темно. Даже глаза Муртага, обострившиеся из — за связи с Торном, не могли различить ни единой детали.

Он вернулся в туннель и взял свечу. Свободной рукой он схватил охранника за лодыжку и втащил его через дверной проем в…

— что-то вроде боевой комнаты. Центр комнаты занимал длинный деревянный стол, а на нем лежала карта Алагейзии, похожая на ту, что была в кабинете капитана Рена. Стулья без спинок окружали стол, а у боковой стены возвышалась стойка со свитками. По комнате стояло несколько высоких железных канделябров, а на низком сводчатом потолке, обложенном кирпичами, виднелись пятна сажи.

Напротив двери, в которую он вошел, была другая — поменьше, потемнее, из полированного дерева, — которая вела вглубь катакомб.

Муртаг оставил стражника у стола и вернулся в туннель за упавшими пикой и шлемом. Держа то и другое в руке, он закрыл за собой дверь, запер ее, а затем положил пику и шлем на стол.

Он с любопытством огляделся. Часть его хотела задержаться, посмотреть, что написано на свитках, посмотреть, сможет ли он выяснить, над какими планами работает капитан Рен. Но время было ограничено, и он не собирался попадаться.

Он еще раз проверил охранника. Тот все еще спал. Заклинание, наложенное Муртагом, было мощным. За исключением вмешательства извне, мужчина должен спать полдня или больше.

Муртаг зажег несколько свечей в канделябрах, прежде чем перейти к следующей двери.

Он поднял брови. — Интересно.

Линии рун были вырезаны на блестящем дереве, которое выглядело старым и изношенным, даже древним. Он коснулся покрытой шрамами поверхности; на ощупь она была плотнее дуба, твердая, как металл. “ Могрен, ” пробормотал он. Сосны с черными иголками, которые росли в Беорских горах, на родине гномов. Редко можно было найти что-либо сделанное из этого дерева в западной части Алагейзии. Он присмотрелся повнимательнее. Сами руны имели архаичный рисунок, и когда он попытался прочесть их, то понял, что это действительно были руны, подобные тем, что использовали гномы, а не люди.

Он покачал головой. Он умел читать многие письмена, но гномий не входил в их число. Что здесь делали гномы, да еще так давно? он задумался. Или дверь была сделана в другом месте, а затем доставлена в Гил'эад когда-нибудь позже?

Вопросы, на которые, как он сомневался, у него когда-либо будут ответы. Возможно, Элдунари могли бы рассказать ему.

В отличие от первой двери, в Могрене не было вырезано замочной скважины, но в центре было углубление странной формы, шириной с его ладонь. Из-за колеблющихся теней в свете свечи ему потребовалась минута, чтобы понять, что он видит: обратная копия медвежьей маски из кабинета капитана Рена. Значит, замок. Возможно, волшебство, но не обязательно.

— Что ты задумала? — пробормотал он.

Муртаг подумывал прокрасться обратно в казарму и в кабинет Рена, чтобы забрать маску, но отверг эту идею как слишком рискованную.

Нет, что ему было нужно, так это……Он оглядел комнату. Дерево. Ему нужны были дрова.

Он подошел к стеллажу со свитками и, осмотрев его, выдвинул одну из полок. Он приставил один конец доски к углублению в двери и прошептал: “Триста”.

Вместо того чтобы высвободить энергию одним рывком, он ограничил ее мягким, но неумолимым толчком. Доска прогнулась внутрь, как будто ее придавил невидимый валун, и дерево само подогналось под линии и контуры оттиска маски.

Легкая, натянутая улыбка появилась на лице Муртага, когда он направлял заклинание. Еще немного…

Дверь сломалась с громким треском, расколовшись посередине.

“Сын Ургала”, - сказал он, стиснув зубы. Он закончил заклинание.

Теперь уже ничего не поделаешь; охранники поймут, что кто-то вломился. Буквально.

Злясь на себя, Муртаг начал отодвигать куски дерева. Когда отверстие стало достаточно широким, он взял свечу и шагнул внутрь.

Над головой расцвел свет.

Он вздрогнул и поднял руку, чтобы прикрыть глаза. Через секунду он смог видеть.

Свет исходил от куска белого кварца, вделанного в потолок; он излучал ровное свечение, похожее на беспламенные фонари гномов, которые он видел в их городе-горе Тронжхайм.

Помещение было длиннее и уже, чем военная рубка. Стены загибались внутрь и поддерживались толстыми белыми ребрами жесткости. Настоящие ребра жесткости. Кости дракона.

У Муртага возникло ужасное подозрение, что он смотрит на ребра дракона Морзана, погребенные под городом тем, кто проделал это пространство.

Между ребрами были закреплены полки. На этих полках и на столе с каменной столешницей в центре комнаты стояли десятки колб, перегонных кубков, мензурок, горелок, бутылок и бочонков, а также несколько жаровен. Алхимия. Или что-то в этом роде.

Мурта медленно прошелся по комнате, время от времени останавливаясь, чтобы рассмотреть то или иное. Это место было сокровищницей для любого волшебника. Он взял одну из нескольких книг и, открыв ее, обнаружил, что смотрит на список слов.

Слова на древнем языке.

Слова с определениями.

Волнение охватило его, когда он понял, что держит в руках. Словарь! Его губы шевелились, когда он озвучивал несколько записей: “Flauga, flautja, flautr…” Из всех ценностей, находившихся в комнате, компендиум древнего языка был, безусловно, самым ценным.

Книга подняла небольшое облачко пыли, когда он закрывал ее. Едва веря в свою удачу, Муртаг осторожно положил ее в мешочек на поясе и продолжил путь.

Сделав еще два шага, он нашел маленькую богато украшенную шкатулку, полную ограненных драгоценных камней. Он взял в руки каплевидный желтый бриллиант размером почти с ноготь большого пальца и, повинуясь какому-то предчувствию, попытался мысленно прикоснуться к нему. Поток свернутой энергии извивался и вертелся перед его внутренним взором, сдерживаемый субстанцией драгоценного камня.

Он отвлекся и криво улыбнулся, подбрасывая драгоценный камень на ладони. Немного подумав, он спрятал бриллиант в подол своего плаща, где его вряд ли кто-нибудь нашел бы. Иметь дополнительное снаряжение всегда было хорошей идеей, будь то оружие, броня или — в данном случае — энергия для подпитки его заклинаний.

Чем больше Муртаг смотрел, тем больше у него возникало вопросов. Комната, казалось, была посвящена изучению всего волшебного. На полке стоял ряд бутылок с жидкостями, помеченных такими словами, как Здоровье, Сила, Огоньи так далее. Зелья, догадался он, зачарованные для достижения определенных эффектов.

Глубокое беспокойство шевельнулось в