Последняя из рода Белых драконов. Том 2 - Кристина Р.

Когда она заглянула под веки Вирры, Этель почувствовала, как нестерпимо быстро зашлось сердце, наконец поверив в то, во что отказывалось верить — она и правда жива. Её нежная Лиэль жива.

Тряхнув бледно-фиолетовыми локонами, Лиэль повернулась к королю.

— Она просто спит. Но ей не помешает помощь.

— Лекарь…

Она заставила Гвирена замолчать одним взглядом.

— Думаешь, кто-то сможет справиться лучше меня?

Этель непроизвольно посмотрела на наследника Крайена и качнула головой, подсказывая ему ответ. Гнев Лиэль прекрасен, но страшен.

— Я просто…

— Ты просто сейчас идёшь к алхимикам и берёшь набор от парализующего яда арахны. И мяту, у меня закончилась. Мы будем в моей комнате.

Лиэль направилась к двери. Этель кашлянула, удобнее перехватывая девушку на своих руках.

— Мне бы покров, Ваше высочество. Если можно, конечно.

Лиэль вздрогнула, вспомнив, с кем она и что только что сказала, а, обернувшись к Кортезии, почувствовала, как горят щёки.

— Простите, я…

Король оборвал её извинения одним взмахом руки, осипшим голосом отец Вирры попросил:

— Если хоть как-то сможешь ей помочь, я буду благодарен.

Лиэль кивнула и молча подняла покров.

До комнат, отведённых Белым драконам, шли быстро. Аракс с Гвиреном на шаг впереди, прикрывая доспехи Этель, проглядывающие из-под наброшенной на плечи ткани. Крыло очистили от прислуги и драконов, но от случайных глаз в замках сложно скрыться. Лиэль хмурилась, не отпуская запястья Вирры, юбка путалась в ногах, пытаясь сбить спешку и заставляя старшую из Белых драконов жалеть о невозможности носить штаны. Такое с ней бывало очень редко.

Уже в гостиной Лиэль небрежно махнула рукой на диван, подходя к шкатулке, которая впервые за всё время стояла как надо. Не придраться.

— Опусти, только осторожно.

— Да знаю я, — проворчала Этель, скрывая усталость мышц.

Едва каштановые волосы коснулись обивки, Вирра открыла глаза, вцепившись в предплечье Этель. Королева застыла, так и не выпрямившись. Насколько бы ни была сильна её воля, но даже она не смогла игнорировать мольбу в голубых глазах. Тяжело вздохнув, она опустилась на колени рядом с диваном. Её пальцы накрыли ладонь Вирры, и только тогда, дочь короля Крайена вновь уснула.

Замерший в дверях Аракс глухо кашлянул, привлекая внимание:

— Если помощь не нужна…

— Сама справлюсь, — излишне резко бросила Этель, заставив Вирру нахмуриться сквозь сон. Досадливо поморщившись на свою несдержанность, королева расправила плечи, стараясь даже на коленях выглядеть подобающе статусу. Белая коса царапнула доспех стальными кольцами. — Можешь идти.

Она не увидела, как дёрнулся кадык и сжались кулаки наследника Эсванторна. Дверь закрылась бесшумно и стремительно. Твёрдый, несдержанный шаг дракона глухим эхом расходился по коридорам королевского крыла. Даже ворс ковра был не в силах сдержать проявлений его ярости. Но у мужчин есть преимущество — гнев легко изливался через звон стали на тренировочных площадках. И пока Лиэль измельчала что-то в ступке, драконы Крайена успели переломать не один десяток костей под напором мощи Аракса.

— Что между вами? — тонкие пальцы Лиэль крошили ярко-жёлтые листья, взгляд она не поднимала.

— Ничего, — пожала плечом Этель, делая вид, что очень интересуется небом. Она старательно игнорировала зашедшееся в тисках сердце.

— Никогда не слышала у тебя таких интонаций.

— Я играла роль надзирательницы. Он — дракон.

— Приставал?

— Да.

— И как жив остался? — Лиэль с усилием проминала венчиком хрустящие коренья, не скрывая улыбки.

Этель хотела ответить честно, но вдруг почувствовала, как покалывают щёки. Прямо как тогда, у дверей кузни, когда Рагнар с Арвоксом застали их. Коротко сглотнув, она чуть хрипло выдавила:

— Как они все живы остались?

Поймав смешок сестры, Этель прикрыла глаза, пытаясь самой себе объяснить, какого проклятого василиска она стесняется своих поступков.

— Ты красивая. Странно было бы, если бы тебя не заметили, — спокойно пожала плечами Лиэль.

Этель никогда в жизни не подумала бы, что будет рада видеть Гвирена, прервавшего неудобный разговор деликатным стуком в уже открытую дверь.

— Зачем стучать, если ты вошёл? — не поднимая головы, спросила Лиэль. — Всё принёс?

Кашлянув, дракон ответил:

— Да. Только алхимик сказал…

— Что средством от арахн сон не лечат? — Лиэль посмотрела в разноцветные глаза с ироничной улыбкой и пожала плечами. — Чего ещё от них ожидать? Положи на стол.

Гвирен так и остался стоять у входа.

— И всё же…

— И всё же, алхимики — люди. Они обучены, но живут слишком мало, чтобы оценить все свои знания и понять, что они ничего не знают.

Этель переводила взгляд с одного на другого, прекрасно осознавая, кто выиграет этот спор — у наследника Крайена не было ни шанса. По правде говоря, когда Лиэль перестаёт контролировать врождённое упрямство — шансов нет ни у кого.

— А ты, значит, знаешь? — Гвирен скрестил руки на груди, глядя на жену. Лиэль отставила ступку на камин и опустила ладони на талию. Этель удивлённо приподняла бровь — она-то всегда считала сестру образцом воспитанности, позволявшей отпускать на волю свою суть только наедине с ней.

— Твои так называемые алхимики до сих пор не знают, чем обезвредить яд мантикоры, — Лиэль вздёрнула подбородок, стараясь казаться выше, чем она есть.

Королева перевела взгляд на Гвирена.

— Потому что яд мантикоры нельзя обезвредить, — голос стал глубоким и тягучим, но не та Лиэль жена, что испугается гнева собственного мужа. Стороннему наблюдателю было бы легко понять, что они давно уже спорят не о лекарских способностях. Дракон схлестнулся с драконом, а как вам уже известно: драконы — не сдаются, такая с ними беда.

— Можно, — Лиэль сделала шаг вперёд.

— Нет. Если регенерация сама не справится, — ответный шаг Гвирена.

— А я говорю, можно.

Шаг.

— Нет.

Шаг.

— Да!

Этель совершенно не понимала,