Последняя из рода Белых драконов. Том 2 - Кристина Р.
— Восемь, — поправила Этель. — На дне урожая. Отец настоял.
— Тебя же не было в большом зале.
— Не было, — согласилась Этель. — Это было в его кабинете. Мы обсуждали что-то, не помню уже что.
— Тогда не считается. Я же не видела.
Этель не хотела, глаза сами покосились на зеркало справа. Она сглотнула. Вырез-лодочка, открывающий плечи и тонкие ключицы. Локоны, россыпью лежавшие по спине. Её передёрнуло.
— Собери!
Дверь скрипнула, а Лиэль невинно улыбнулась.
— Уже не успеем.
С этими словами невыносимейшая из сестёр Этель вышла из комнаты, оставив королеву один на один с собственным отражением. Живот тоже втянулся сам. Этель не могла такого сделать.
— Мы готовы, — раздался из гостиной тихий голос Лиэль. Бросив последний взгляд на сложенные у кровати доспехи, Этель тяжело вздохнула и вышла к королю. Кортезия был слишком опытен в вопросах дипломатии, поэтому смог спрятать изумление в быстром докладе.
— Всё готово. Гвирен проводит.
Прежде чем уйти, Лиэль вновь поменяла уголёк, сбрызгивая иссохшиеся травы ярко-алыми каплями алхимического состава.
— Она может испугаться, если проснётся в одиночестве в незнакомой комнате. Побудьте с ней, — она не приказывала — просила. Но это было лишним, Кортезия и так не оставил бы Вирру. Даже если владелица комнат запретила ему входить, он не отошёл бы от двери, за которой спала его вновь обретённая дочь. Король благодарно кивнул, прежде чем, с несвойственной ему нерешительностью, сделать первый шаг.
В отличие от отца, наследник Крайена не был удивлён новому облику королевы Вердена. Всё-таки именно в таком образе он с ней и познакомился. Всю дорогу до обеденной Этель нервно одёргивала плечами. Клетка давила, не позволяя расслабиться. Отсутствие биения меча о бедро откровенно раздражало.
— Ты прекрасно выглядишь, — едва слышно прошептала Лиэль.
— Знаю. Не люблю платья.
Этель не хотела грубить, просто с каждым шагом внутри неё всё отчетливей разгоралось предчувствие беды. Арвокса слишком долго не было и сейчас, когда он здесь, врать себе, что это было из-за девушек, смысла уже не было. А без веских причин не исполнить её поручения он не мог. Лишь бы не случилось непоправимое.
По меркам замка, небольшая комната была залита светом огромной люстры, усыпанной десятками свечей. Несколько подсвечников на высоких ножках освещали углы. Арвокс стоял у окна рядом с Араксом. Они о чём-то тихо переговаривались. Гвирен остановился у дверей, впуская женщин.
— Ваше королевское Высочество, не передать как рад видеть вас живой.
Арвокс не смог сдержать нескромной, широкой улыбки, делая глубокий поклон.
— Это очень взаимно, Арвокс.
— Если вы не против, я бы хотела поговорить с ним наедине, — оборвала их приветствие Этель.
Аракс спокойно встретил колкий взгляд голубых глаз. Его разбитые в кровь кулаки давно зажили, а гнев остался на остриях стали.
— Если это не что-то личное, то информация скоро будет и у меня. Вопрос нескольких суток. Не проще ли сократить время?
Он посмотрел на Арвокса. Сын генерала ждал распоряжений королевы. Этель стиснула челюсть, но кивнула.
— Если и сами узнают — говори.
— Узнают. Геронцы перерыли все генеральские замки и даже к некоторым летунам заглянули.
Этель дёрнулась, но остановила порыв, сжав кулаки.
— Что искали?
— Не сказали, но из очевидного…
— Кейрона, — закончил за него Гвирен, так и оставшийся стоять, уперевшись спиной в закрытую дверь.
Аромат еды заполнил комнату, но кроме Лиэль это никого не смущало. В наступившей тишине её желудок был слишком отчётливо слышен. Она смущённо опустила взгляд.
— Простите.
— Голодать рядом с накрытым столом — глупость, — вежливо улыбнулся Аракс, первым подходя к обитому синим бархатом стулу.
Это была обеденная для королевских ужинов, и стулья стояли соответственно: во главе стола — король, напротив — наследник, по бокам — по два места с каждой стороны для остальных членов семьи. Ненадолго все замерли, пытаясь понять, что предписывает протокол для их ситуации. Решив не нагнетать обстановку, Аракс с Гвиреном расположились спинами к окну, Лиэль и Этель — напротив. Арвокс замер, приподняв брови и переводя взгляд с одного свободного стула на другой, мучительно пытаясь понять, кто он — король или наследник.
Потянувшись за кусочком хлеба, Этель толкнула ногой ближайший к ней стул, разрешив дилемму названного брата. Лиэль выжидающе сидела, глядя, как сестра наполняет тарелку. Воспитанным девушкам не пристало напоминать о себе, а самостоятельно положить себе еду — нет уж, лучше в жизни ни съесть и кусочка. Удивительно, но когда дело не касалось отваров — Лиэль была до ужаса скромна.
Скрип ножек привлёк всеобщее внимание. Обойдя стол, Гвирен опустил порцию перед женой. Этель поморщилась, осознав свой промах. Лиэль хлопала ресницами, глядя на три кусочка стейка, занимавшие центральное место на её блюде.
— Я столько не съем.
— Ты всегда так говоришь, — спокойно ответил Гвирен, опускаясь на своё место, пока Лиэль прятала улыбку, обнаружив, что ни одного кусочка овечьего сыра, так нелюбимого ей, на тарелке не наблюдалось.
Неловкое молчание, прерываемое постукиванием приборов, нарушила уставшая от размышлений в одиночестве Этель.
— Получается, явление живой меня перед генералами придётся перенести, — королева посмотрела на Арвокса, несколько минут рассматривавшего свой бокал с вином.
— Отец тоже так считает. Его и Свенрока пока достаточно. Если дела будут совсем плохи, он сам расскажет остальным. Тебе лучше вернуться в Эсванторн. А Лиэль…
— Остаётся тут, — перебила его Этель. Арвокс замер, удивлённо глядя на неё. — Да. Рядом с мужем.
Дракон потёр пальцами переносицу, старательно напоминая себе, что перед ним королева. Вопрос вышел сдавленным:
— С кем?
— С мужем.
— С Гвиреном. Она про него, — в голосе Лиэль звучал укор. Ей всегда было жаль Арвокса, когда сестра так откровенно мучила его недосказанностью. Мягкое, доброе сердце. Этель привычно закатила глаза, раздосадованная прерванной игрой, а Арвокс залпом выпил вино, пытаясь смириться с новой реальностью.
— Значит, вот кого нам в короли пророчили, — Арвокс слегка прищурившись посмотрел на Гвирена. Тот встретил его прямым, спокойным взглядом. Молчаливая дуэль закончилась тихим выдохом