Последняя станция — море - Алисия Роуден

— А что?

— Способ вернуться.

Вера нахмурилась.

— Ты уверен, что он именно так сказал?

— Нет. Но смысл был такой.

— И куда мы должны вернуться?

Костя посмотрел на жетон.

— Не знаю. Может, туда, где всё началось.

Вера хотела спросить, что он помнит о том дне, но в тоннеле раздался первый гудок.

Звук был низким, протяжным. Он прокатился по стенам, заставив дрогнуть металлические детали семафора.

Вера поднялась.

— Первый.

Они снова замолчали.

Через некоторое время раздался второй гудок. Он прозвучал ближе, и Вера почувствовала его вибрацию подошвами.

Третий гудок оказался совсем другим.

Короткий, резкий, почти человеческий.

После него из темноты донёсся голос:

— Путь открыт.

Красный сигнал погас.

Рычаг сам собой повернулся в положение «ПУТЬ ОТКРЫТ».

Вера отступила.

— Мы ничего не делали.

— Может, он сработал автоматически.

— А может, кто-то находится за стеной.

Она подошла к механизму и посветила фонарём в отверстие, откуда уходила цепь. За стеной виднелась металлическая площадка. На ней лежал ещё один жетон — точно такой же, как у Кости, но с числом тринадцать.

Вера протянула руку и достала его.

Металл оказался тёплым.

На обратной стороне была надпись:

ПАССАЖИР № 13. ДОПУСК К ПЕРЕХОДУ ПОДТВЕРЖДЁН.

— Значит, я могу пройти, — сказала Вера.

Костя покачал головой.

— Или кто-то хочет, чтобы ты прошла.

Она посмотрела на него.

— Ты прав. Но если мы будем ждать, пока кто-то даст нам гарантию, мы так и останемся здесь.

Вера убрала жетон в карман.

В стене за семафором открылась узкая дверь. За ней находился коридор, уходящий вниз. Воздух оттуда был влажным и тёплым, пах водорослями и мокрым камнем.

Вера включила фонарь и шагнула внутрь.

Костя последовал за ней.

Коридор постепенно расширялся. Стены становились гладкими, словно их выточили из цельной скалы. По потолку тянулись трубы, а внизу, вдоль пола, проходил узкий канал с водой. Иногда в воде отражались огни, хотя никаких ламп поблизости не было.

Вера остановилась возле стены, где обнаружила знакомый символ: круг с нулём внутри.

Под ним стояла надпись:

ЛИНИЯ № 0. ТЕХНИЧЕСКИЙ ПЕРЕХОД.

— Значит, линия не просто поезд, — сказала она. — Это целая система.

— Система чего?

— Не знаю. Но, похоже, железная дорога — только одна её часть.

Костя посмотрел на воду.

— А другая часть — море?

Вера кивнула.

— Возможно.

Они шли ещё около десяти минут, пока коридор не закончился круглой дверью. Она была сделана из толстого стекла, укреплённого металлическими обручами. За стеклом находилось большое помещение, заполненное водой примерно до середины. Вверху виднелась узкая галерея, а в центре стояла платформа с небольшим пультом управления.

Вера приложила ладонь к стеклу.

Оно было тёплым.

Вода за ним двигалась медленно, словно внутри находилось живое существо, дышавшее во сне.

— Здесь должен быть выход к морю, — сказала она.

Костя посмотрел на пульт.

— А как туда попасть?

Вера нашла рядом с дверью металлическую панель. На ней были три круглых углубления: одно под жетон с нулём, другое под жетон с числом тринадцать, третье — под жетон с числом четырнадцать.

Она достала оба жетона и посмотрела на Костю.

— У тебя есть свой?

Он кивнул и протянул ей жетон с нулём.

Вера вставила его в первое углубление. Затем положила жетон тринадцать во второе.

Третье оставалось пустым.

— Нужен мой билет, — сказала она.

Она достала билет и приложила его к панели. Бумага не вошла в углубление, но на поверхности загорелась надпись:

ПАССАЖИР № 14. ПОДТВЕРДИТЕ НАМЕРЕНИЕ.

Ниже появились два варианта:

ВЕРНУТЬСЯ.

ПРОДОЛЖИТЬ.

Вера посмотрела на Костю.

— Что бы ты выбрал?

Он долго молчал.

— Я хочу домой.

— Я знаю.

— Но я не хочу, чтобы ты снова потеряла память из-за меня.

Вера опустила взгляд.

— Я тоже не хочу.

— Тогда, может быть, нам стоит вернуться?

Она посмотрела на воду за стеклом. Там, в глубине, что-то медленно проплыло мимо платформы. Сначала Вера решила, что это рыба, но затем разглядела человеческую руку.

Она отшатнулась.

— Ты видел?

Костя кивнул.

— Да.

Рука исчезла в темноте.

Вера снова посмотрела на панель.

Если она выберет возвращение, то сможет вернуться в поезд. Возможно, даже домой. Но отец останется на линии, Костя не вспомнит своего прошлого, а она сама никогда не узнает, что произошло в ту ночь.

Если она выберет продолжение, то откроет проход, который, возможно, нельзя будет закрыть.

Вера вспомнила мать. Вспомнила, как та сидела у окна и смотрела на пустую улицу. Вспомнила отца, который просил её не искать его. Вспомнила Костю, который семнадцать лет жил в поезде, не зная, кто он.

Она не могла вернуть им прошлое.

Но могла попытаться вернуть им будущее.

Вера нажала «ПРОДОЛЖИТЬ».

Панель вспыхнула.

За стеклом вода начала быстро подниматься. Платформа в центре помещения медленно опустилась, открывая круглое отверстие в полу. Из него вырвался поток воздуха, наполненный запахом соли.

Дверь щёлкнула.

Вера потянула её на себя.

За стеклом находилась не комната.

Там было море.

Настоящее, огромное, тёмное море, уходившее в бесконечность. Платформа стояла на краю подводного сооружения, а далеко впереди, сквозь толщу воды, виднелась линия света. Она уходила вниз, к самому дну, словно кто-то проложил железнодорожные рельсы по морскому дну.

Вера шагнула внутрь.

Костя схватил её за руку.

— Ты с ума сошла?

— Здесь нет воды.

Он посмотрел вниз.

Действительно, пол был сухим, хотя по обе стороны платформы бушевала вода. Между ними находилась невидимая граница, удерживавшая море снаружи.

Вера медленно подошла к краю.

В глубине, далеко под ногами, светились рельсы. По ним двигался поезд.

Тот самый поезд, в котором они ехали.

Он шёл по морскому дну, не оставляя за собой пузырей и не нарушая движения воды.

Вера смотрела на него, пока он не исчез в темноте.

— Теперь ты понимаешь? — раздался голос за спиной.

Она обернулась.

На платформе стоял человек в сером пальто.

На этот раз он не скрывал лица.

Это был Андрей Соколов.

Её отец.

Но не тот, которого она видела на берегу.

Этот выглядел старше, чем прежде. Волосы поседели, лицо осунулось, а в глазах появилась тяжёлая, почти болезненная усталость.

— Папа? — прошептала Вера.

Он посмотрел на неё.

— Ты не должна была сюда приходить.

Вера почувствовала, как внутри поднимается злость.

— Ты всё время говоришь мне, что я не должна чего-то