Усадьба с памятью - Полина Змееяд
– Я бы спросил, не сошли ли вы с ума, дорогая, но мне известен ответ, – процедил он, оглядывая будуар и задерживаясь на грязных туфлях.
– Тогда зачем пришли? – я встала у порога, не пропуская его в комнату.
– Сообщить, что был неправ в некоторых подозрениях относительно вас. Владимир Анатольевич признался, что планировал сбыть мебель дешево, а затем перепродать одному любителю старины и поделить доход с Егором Ивановичем, – отчеканил муж так, будто не признавался в ошибке, а обвинял меня в чем-то.
Но плевать на тон: главное – теперь я могу выставить этого старика из дома!
– Я бы не рекомендовал рассчитывать его сейчас, – будто прочтя мои мысли, а может и правда угадав их по лицу, добавил Игорь.
– Предлагаете оставить вора в доме? – удивилась я и отступила от двери.
Кажется, разговор будет долгим.
– Кристально честных людей не бывает, а Владимир Анатольевич, хоть и пользовался вашим состоянием для своей корысти, все же не так уж и плохо справлялся с имением, – пояснил Игорь, делая шаг вслед за мной. – Я бы советовал усилить за ним контроль, но оставить на той же должности.
– Он справлялся так неплохо, что все поместье оказалось под вашим колпаком, – напомнила я.
– Когда я стал вашим мужем, у него не было выбора, – самодовольно улыбнулся Игорь. – Но до того, как ваши работники пришли на мою фабрику, оно ведь выживало, и относительно неплохо.
– Украл один раз – украдет и еще. Сомневаюсь, что он остановится, особенно если почувствует, что может действовать безнаказанно, – я помассировала виски, которые начали ныть при одном только упоминании управляющего, и села в кресло.
Игорь сел в соседнее, и теперь я хотя бы могла не смотреть на его пронзительный прищур.
– Знаете, управляющий на моей фабрике тоже ворует, – вдруг сказал Игорь вместо очередного нравоучения. – Однако так, что прибыль только растет, появляются новые клиенты. Он заинтересован в процветании дела, потому что понимает: чем выше доход, тем больше он сможет прикарманить, не привлекая моего внимания.
– И вы это терпите?
Игорь пожал плечами.
– Все воруют, но не все – талантливо и аккуратно в той мере, чтобы можно было закрыть на это глаза. Донесите такую мысль до своего управляющего, и может быть сумеете превратить врага в союзника. Или хотя бы вывести в отношения с ним нейтралитет.
– Предлагаете мне превратить в поле боя собственный дом?
Я прикрыла глаза и провела рукой по лицу. Плевать, что не аристократично, я слишком устала для местных политесов.
– Вы уже это сделали, я лишь подсказываю тактику.
Я всмотрелась в его лицо, пытаясь найти на нем хоть какие-нибудь эмоции, но наткнулась на маску кристальной вежливости и холодной доброжелательности. Воистину, дипломат – это призвание!
– Я вас не понимаю. Вы то запираете меня, то помогаете… Вы хотите развода или нет? – напрямую спросила я, отчаявшись понять ответ самостоятельно.
– Хочу, но только если буду уверен в вашем благополучии. А вы хотите? – вернул мне вопрос Игорь.
Ответить мне помешал стук копыт и скрип экипажа за окном.
– Варенька… – простонала я, только сейчас вспомнив, как неосторожно пригласила подругу Сашеньки в гости.
Глава 32
– Оставайтесь здесь, я выпровожу их, – тут же поднялся Игорь.
– Подождите! – вскочила я вслед за ним.
И заставила себя выдохнуть. Медленно. Щенячьими глазками его не убедить, надо придумать достойные аргументы, почему не следует записать меня в доме.
– Давайте их встретим. Если прогоните, наверняка ведь слухи пойдут. Одно дело, когда барыня затворничает, потому что муж за границей, и совсем другое, когда он вернулся и по-прежнему жену от мира прячет.
– Пусть лучше будут тихие подозрения, чем вы впадете в истерику прямо при гостях, – отрезал Игорь, направляясь к двери.
– Если выгоните их, я высунусь из окна и стану кричать, что вы держите меня здесь силой! – все же разозлилась я.
Игорь остановился. Я не видела его лица, но мне подумалось, что он на секунду прикрыл глаза.
– Прошу, перестаньте вести себя как ребенок, Александра Константиновна, – тихо сказал он, не поворачиваясь.
– Разве попытка взять жизнь в свои руки – это поведение ребенка? Послушайте, Игорь… Павлович. Я не отрицаю того, что, возможно, нездорова. Но за два года затворничество меня не исцелило, так почему бы не попробовать что-то другое? Вы сами видели, что мне было лучше, когда я занималась делами. И может будет лучше, если я хоть немного восстановлю старые знакомства.
Игорь все еще стоял ко мне спиной и держался ручку двери, но не уходил. Я видела, как его пальцы сжались на ней до белизны, но спина мужа оставалась прямой. Я ждала ответа, но он молчал.
– В общем, выбирайте: или стопроцентный скандал, если вы запрете меня и я начну буянить, или шанс избежать скандала, если я выйду, – добавила я.
– Признаю, вы умеете быть убедительной. Провожу гостей на веранду – сегодня погода и в самом деле неплоха, – наконец ответил Игорь и вышел, так и не обернувшись.
Победа!
Я слышала голоса гостей в других комнатах, пока торопливо одевалась. С помощью Феклы привести себя в порядок удалось быстро. Покрутившись у зеркала, я прихватила веер и поспешила на веранду.
– Сашенька! – едва меня увидев, Варвара бросилась обниматься.
Я отвечала на приветствие, попутно оглядываясь.
У дома стояла добротная, хоть и простая коляска, возле нее дожидался слуга, который уже успел завести беседу с одним из моих работников.
На веранде помимо Игоря стоял еще один человек. Сухой и строгий, весь прямой от спины и длинного носа до жесткого взгляда, в идеально отглаженном сером сюртуке. Не сказать чтобы старый, но определить его возраст я затруднилась.
– Я давно хотела вас познакомить. Это муж мой, Глеб Михайлович, – Варенька отступила и взглянула на супруга с равнодушной вежливостью.
– Премного наслышан, о вас, Александра Константиновна, и рад наконец познакомиться, – с той же холодной вежливостью поклонился Глеб Михайлович. В его аккуратно уложенных русых, почти бесцветных волосах я не заметила седины. Значит, совсем не стар, просто постное лицо прибавляет ему лет.
– Взаимно. Спасибо, что согласились приехать, – подхватила вежливые расшаркивания я под пристальным взглядом Игоря.
Он наверняка