Гурджиев: мистицизм, созерцание и упражнения - Джозеф Азиз

те условия не соответствовали, то, возможно, нам следует понимать, что он извлёк бы больше пользы, если бы выполнил его в особом состоянии. Затем он утверждает: 12. Благодаря тому, что моё «солнечное сплетение» намеренно и непосредственно принимает закономерные результаты воздуха, которым я дышал, и возникающие в моём головном мозге результаты ранее сознательно воспринятых впечатлений, я гораздо полнее чувствую, что «Я есть», «Я могу» и «Я могу желать».16 Затем Гурджиев предостерегает группу от того, чтобы становиться чрезмерно «восторженными» и «оживлёнными» по поводу его собственного состояния, хотя они теперь могут «живо ощущать» его и желать обрести его, ибо с ними этого не может произойти «пока что».17 Напротив: 13. От этого моего упражнения, которое мне пришлось проделать здесь среди вас с целью разъяснения, в моём общем присутствии был получен результат, реально ощущаемый всеми вами, потому что я уже обладаю вполне определённым субъективным Я, и вся составляющая его совокупность уже более или менее приспособлена к результатам соответствующих впечатлений и закономерного регулирования.

14. И потому это моё Я поглощает эту свойственную ему закономерную пищу более интенсивно.

15. Вы пока что не должны ожидать столь определённого результата от своих намеренных повторений этого же упражнения.

16. Пока что не делайте это упражнение для того, чтобы быть сильными; это для вас тоже лишь подготовка к тому, чтобы когда-нибудь иметь собственное Я, и в то же время к тому, чтобы с несомненной достоверностью констатировать те два реальных источника, из которых может возникнуть это Я.

17. Теперь, без философствования и без ваших, пагубных для вас, дискуссий, постарайтесь прежде всего понять совокупность всего, что я сказал сегодня, а затем проделайте это упражнение для себя, но без всякой надежды или ожидания каких-либо определённых результатов.18

На этом заканчивается пятая беседа, которая также является последней из «бесед» в Третьей серии. Это также заключительное упражнение этого тома. Это весьма высокоразвитая форма преображённого созерцания, как я определил его в разделе 0.2. Теперь рассмотрим это упражнение несколько подробнее.

1. На протяжении всего упражнения Гурджиев сидит, и глаза его открыты, поскольку он видит человека, которого называет. Одно из упражнений, которым обучал Эйди и которому, насколько мне известно, не обучал ни один другой ученик Гурджиева, — это упражнение «Ясные впечатления» (см. главу 16). Здесь Гурджиев исходит из понимания того, что можно «намеренно направить всё [своё] внимание», глядя на кого-то. То есть вниманием можно управлять волевым актом, хотя та сила воли, которой мы обладаем, согласно Гурджиеву, слаба по сравнению с тем, какова она у «нормального человека». Это внимание направлено на стопу, хотя он и не говорит, на какую именно, и я сомневаюсь, что это имеет значение. Настаивая на том, что его внимание теперь представляет собой «единое целое», он отсылает к преамбуле упражнения, где подчёркивал возможность концентрации внимания. Заметьте также, что его осознавание человека, на которого он смотрит, теперь «автоматическое». То есть автоматическое функционирование само по себе не является для Гурджиева чем-то дурным, оно занимает своё законное место, но иногда необходимо сознание. Это напоминает о делении центров, которому он учил в России, где высшие части центров требуют сознательного внимания для своего функционирования.

2. Разделение своего внимания на «две равные части» иллюстрирует второе свойство внимания, упомянутое Гурджиевым: хотя оно представляет собой единое целое, его всё же можно «разделить». Некоторые представители гурджиевской традиции возражали против слова «разделение» на том основании, что оно предполагает, будто внимание можно разломить на две части, подобно буханке хлеба. Однако это субъективная интерпретация. Гурджиев любил «филологический вопрос»19, говоря, что «филология — лучший путь к Истине, чем философия»20. Возможно, он знал, что это слово происходит от латинского dividō и что собственно оно означало «различать», восходя к корню vid-, родственному video («видеть»), а в английском языке — словам «wit» и «wise»21. Приставка dīs- или dī- в сложных словах имеет значение «врозь» и «в разных направлениях». Она восходит к корням dua- и dui-, которые, разумеется, имеют значение «отдельно» и «два»22. Таким образом, говоря о «разделении» внимания, Гурджиев, возможно, имел в виду всего лишь удержание во внимании более чем одного объекта, буквально «видение двух» — то есть допущение того, чтобы впечатление более чем от одного объекта (или субъекта и объекта) воспринималось сознательно. Безусловно, это соответствует контексту употребления этого слова в данном отрывке. 3. Привнесение осознания в собственное дыхание — важнейшая черта упражнений Гурджиева (см. особенно разделы 10.3, 10.6 и 11.10). Он указывает на важность сознательного дыхания в особом состоянии, вводя в «Вельзевула» Джамджампал и Джамичунатру (см. раздел 6.2). 4. Осознание объекта усиливается, когда на него направлено внимание. Свойство сознания таково, что когда оно направлено в одну сторону, другие объекты оттесняются на периферию, но не исчезают полностью из нашего поля сознания. Джордж Эйди утверждал, что это двоякое свойство и что одна из опасностей трансовых состояний заключалась в том, что внимание можно направить настолько узко, что человек перестанет замечать опасные события (в чём, возможно, отчасти и состояли возражения Гурджиева против трансов)23. Внимание имеет полезную сторону (оно позволяет нам сосредоточиваться и учиться), но когда человек отождествлён, это ведёт к сужению осознания. 5. Этот абзац относится к пищевой диаграмме из «В поисках чудесного». Основная часть вдыхаемого нами воздуха используется механически, а затем выдыхается в виде отходов. Но не весь он используется таким образом: благодаря первому сознательному толчку некоторая его часть достигает лёгких, затем движется внутрь и «как бы» распространяется по «всему организму». Это «как бы» имеет существенное значение: Эйди утверждал, что это не сам воздух как таковой, а скорее сила, питаемая воздухом, которая переходит в кровь и тем самым проникает во весь организм24. 6. Гурджиев вторит формулировкам упражнения «Подлинный долг бытия», когда говорит, что ассоциации «мешают» вниманию «гораздо меньше». 7. Не следует ожидать, а тем более требовать, чтобы что-то ощущалось. Человек наблюдает за тем, что он может увидеть. Но это упражнение не является упражнением «конструктивного воображения», каким было Первое вспомогательное упражнение (см. главу 8). Процесс либо «констатируется», либо нет. Слово «констатировать» — одно из тех ценных слов, которые сегодня редко используются, к обеднению языка. Вероятно, именно благодаря Орейджу это слово вошло в лексикон Гурджиева. Оно означает не просто «утверждать», но скорее «проверять» и «доказывать» с оттенком