Гурджиев: мистицизм, созерцание и упражнения - Джозеф Азиз

окончательного прояснения рассматриваемого вопроса. Филологически оно происходит от латинского cōnstō, образованного из «вместе» плюс «стоять», то есть «соглашаться, согласовываться; быть последовательным, соответствовать». В переносном смысле оно стало означать «стоять твёрдо, быть непоколебимым» и «стойко держаться». Гурджиев говорил Кэтрин Хьюм о выполнении своих внутренних упражнений: «не знанием... но удостоверением» — не умом, а чувством25. Он использовал слово «констатировать» в особом смысле — как познание чего-либо своим вниманием. Отсюда его слова от 25 сентября 1943 года: «ваша голова способна констатировать, только если вы направляете на что-то внимание»26. Возможно, первоначальное название упражнения — упражнение «Компромисс» — было попыткой выразить идею констатации, поскольку слово «компромисс» этимологически несёт в себе смысл взаимного обещания, что близко к значению слова «констатировать» как соглашаться, приходить к согласию. 8. Концепция здесь заключается в том, что высшие водороды, которые «очень тонки, почти неощутимы для меня», могут на самом деле ощущаться или, как здесь сказано, «чувствоваться». Это восприятие не следует путать с более грубыми ощущениями, такими как напряжение в коже головы. 9. Возможно, Гурджиев говорит, что он не знает и не желает знать, что это за вещество, для того чтобы выполняющий упражнение не тратил слишком много времени и внимания на эту часть упражнения в ущерб остальным. Подобного рода замечание — о том, что в используемых в упражнении водородах есть аспекты, которыми нам не следует интересоваться, — повторяется в упражнении «Сделай сильным! Нелёгкое дело» (см. раздел 10.7). 10. Пробуждение интереса к упражнению аналогичным образом предписывается в «Сделай сильным! Нелёгкое дело». Тот факт, что здесь подчёркиваются результаты дыхания, укрепляет мою уверенность в том, что намерение Гурджиева в пункте 9 состояло в том, чтобы выполняющий упражнение не слишком увлекался умозрительными рассуждениями о тонких веществах. 11. Насколько показали мои исследования, только Гурджиев говорит о «вспоминании всего себя», в то время как человек «помогает» высшим водородам в голове течь непосредственно в солнечное сплетение, и о том, чтобы чувствовать, как они текут. Согласно пищевой диаграмме, сознательно воспринятые впечатления развиваются вплоть до МИ 12, и они оседают на нижнем этаже пищевой фабрики человеческого организма27. Однако в этом упражнении Гурджиев говорит о веществах в головном мозге. Наивысшие вещества, обнаруживаемые там, — это ЛЯ 6, которые возникают исключительно в результате сознательного развития октавы воздуха28.

Водород ФА 6 может присутствовать в мозге в результате второго сознательного толчка, алхимически трансмутирующего МИ 12.

Это следует из диаграммы, где все водороды схожей плотности собираются на одном этаже. То есть точно так же, как все

водороды 12 находятся в нижнем этаже, так и все водороды 6 должны находиться в верхнем этаже, в мозге.29

Пищевая октава заканчивается на СИ 12 в нижнем этаже, но если бы она развивалась дальше, то производила бы водород ДО 6, и

по тем же причинам головной мозг также был бы местонахождением этого вещества. Таким образом, по-видимому, Гурджиев говорит

о возможности перемещения по меньшей мере одного вещества (ЛЯ 6), а возможно, и двух других (ФА 6 и ДО 6), в солнечное

сплетение, предположительно в виде H 3, чтобы помочь дальнейшей работе фабрики пищи. Гурджиев неоднократно говорил, что эта

фабрика могла бы производить больше веществ, чем она производит, но в определённых критических точках «углероды» (необходимые смешивающие

вещества) отсутствовали в соответствующей части организма и потому не могли соединиться с более низкими веществами, чтобы

произвести более высокие водороды.30

Иными словами, теория, лежащая в основе этого упражнения, неочевидна при неискушённом чтении, но стоит её выявить, как она

согласуется с теорией, выраженной в пищевой диаграмме, и действительно позволяет добавить больше деталей (диаграмма в том виде, как она дана,

опускает некоторые детали; один из очевидных примеров — приём воды, представляющей собой не H 768, а H 384). 12. Этот абзац отсылает к комментариям, которые Гурджиев сделал в связи с упражнением «Подготовка почвы» в третьей беседе,

касающимся импульсов, которые он называл «Я есмь», «Я могу» и «Я желаю». Теперь, по его словам, в результате этого упражнения то, что он представляет как

наше отсутствующее право по рождению, может стать реальностью. Назвать «результаты воздуха», которым он дышал, «законосообразными» — значит

указать на то, что космические законы действовали для получения этого результата без какого-либо насильственного вмешательства извне.

Выражения «законосообразный» и «не по закону» появляются в «Вельзевуле» именно в этом смысле.31 Упражнение облегчает

акт воли, необходимый для переноса водородов из одной части организма в другую и для осуществления этих более

тонких процессов. 13. Гурджиев вновь настаивает на том, что совершаемое «законосообразно», тем самым опровергая любое представление о том, что это может быть

некой формой магии. Он может использовать «космические законы», потому что обладает «полностью определённым субъективным Я», способным воспринимать и

регулировать впечатления. Он добавил, что хотя не у всех присутствующих есть такое «Я», они тем не менее могли ощутить, что он

совершил нечто замечательное. Опять же, в присутствии учителя, способного осуществить этот процесс, можно лучше

понять, что должно быть сделано и как. 14. Примечательно, что Гурджиев говорит о том, что это «моё Я» поглощает «эту свойственную ему законосообразную пищу более интенсивно». То,

что «Я» поглощает её, означает, что в определённый момент, возможно, когда «Я» пробуждено, фабрика пищи может быть отождествлена с

«Я», а не просто оставаться механизмом, который продолжает грохотать, пока в недрах дремлет истинное «Я».

Слишком много упоминаний о работе машины и о том, что пища является «законосообразной», чтобы это было просто

совпадением или огрехом литературного стиля. Единственная различимая причина, по-видимому, состоит в том, чтобы сделать упор на научном, почти инженерном

аспекте всего процесса. 15. Гурджиев предупреждает упражняющегося, что не следует ожидать «столь определённого результата», поскольку ожидания могут помешать упражнению.

Однако он делает оговорку, говоря «пока что». См. более подробное обсуждение «работы не ради результатов» в разделе

18.4. 16. Этот абзац живо напоминает наставление в упражнении «Подлинный долг бытия». 17. Принципиальная неприязнь Гурджиева к философии и «пагубным дискуссиям» находит яркое выражение в его рассказах о древних

греках в «Вельзевуле».32 15 июля 1943 года он выразил свои оговорки относительно философии в ёмкой формуле: «Чтобы иметь реальный материал,

не думайте о том, каково ваше состояние. Не философствуйте. Только впитывайте; вдыхайте своё реальное „Я“».33