Гурджиев: мистицизм, созерцание и упражнения - Джозеф Азиз
Итак, таковы были упражнения преображённого созерцания, которые записал Гурджиев. Их можно было бы назвать «внутренними упражнениями». Они подготовили почву для других упражнений, которым предстояло появиться, — созерцательных по своему стилю и даже, как в случае с упражнениями «Господи, помилуй» и «Четыре идеала», явно религиозных.
10. Гурджиев в конце 1930-х годов
10.1 Введение
Отчасти из-за сложности датировки лекций из книги «Жизнь реальна только тогда, когда „Я есть“», а отчасти из-за их центрального значения для нашей темы представлялось удобным рассмотреть эти беседы и связанные с ними упражнения, прежде чем обращаться к остальной части учения Гурджиева 1930-х годов.
Созидательной заботой Гурджиева в 1930-х годах было писательство и организация переводов его сочинений. Как предполагалось в разделе 1.3, эта поглощённость, возможно, способствовала созданию им группы «Верёвка» 21 октября 1935 года.1 По всем свидетельствам, если не считать этой группы, 1930-е годы были для него довольно бессистемным периодом; временами он ездил в Соединённые Штаты, где после утраты руководства Орейджа мало что было достигнуто.2 Отношения Гурджиева с американцами навязчиво вращались вокруг денег.3 Слухи о его поездке в Центральную Азию и Россию представляются необоснованными,4 однако сам факт того, что они имели хождение и не могут быть со всей определённостью опровергнуты, показывает, насколько упала публичная известность Гурджиева.5
Это был период нереализованности, необъяснимой апатии и видимого безразличия к какой-либо миссии. Вполне вероятно, что Гурджиев мог бы по крайней мере попытаться реорганизовать и оживить американские группы и опубликовать свои сочинения. Возможно, он рассчитывал на дальнейшую помощь Орейджа в написании Второй и Третьей серий и попросту не знал, какие методы ему следует применить, чувствуя себя вынужденным выжидать, к чему приведут его прежние усилия (см. раздел 1.6).
Однако теперь наш предмет — Преображённое созерцание. Упражнения в этой главе, в отличие от тех, что мы уже изучили, содержатся в стенограммах его бесед. То есть они не были тщательно подготовлены и записаны заранее. То, что Гурджиев импровизировал, давая упражнения, не подлежит сомнению. На это указывает стиль его комментариев (см. раздел 11.1), и то же самое следует из воспоминаний Хьюлм о его наставлениях «Верёвке» летом 1936 года. Гурджиев только что бросил Хьюлм вызов отказаться от курения, и:
Затем он откинулся назад и дал нам всем наставление, звучавшее словно молитва. «Это может стать средством для обретения силы, — сказал он. — Я скажу вам одну очень важную вещь, которую нужно произносить каждый раз, когда возникает тяга. Сначала вы скажете это и, быть может, ничего не заметите. Во второй раз — быть может, ничего. В третий раз... быть может, вы что-то заметите. Говорите: „Я желаю, чтобы сила моего желания принадлежала мне, для Бытия“». Он на мгновение задумался, затем покачал головой. «Нет. Лучше иначе. Подобная сила даёт особые результаты, вырабатывает химические вещества, обладает особыми эманациями. Лучше сказать — я желаю, чтобы результат этого, моего страдания, принадлежал мне, для Бытия. Да, вы можете назвать такого рода желание страданием, потому что это и есть страдание. Эти слова, быть может, смогут забрать силу у вашего животного и отдать её Бытию... и вы можете делать это во многих случаях. При любом отказе от того, что является настоящим рабством».6
Два упражнения, которые, как полагают, Гурджиев действительно дал в Соединённых Штатах в декабре 1930 и феврале 1931 года (см. разделы 10.2 и 10.3), обнаруживают лишь семейное сходство с тремя более полно разработанными упражнениями, которые, согласно книге «Жизнь реальна», преподавались в то время. То, что не существует независимых записей об этих последних упражнениях, служит ещё одним основанием видеть в них ретроекцию. Кроме того, более развитая форма упражнений в книге «Жизнь реальна» — это не просто следствие того, что Гурджиев нашёл время записать их: эти упражнения знаменуют разработку Гурджиевым умственных задач (например, изучение азбуки Морзе и тибетских слов), дисциплин («упражнение „Ежедневное умирание“») и Преображённого созерцания (трёх тщательно продуманных и взаимосвязанных упражнений из книги «Жизнь реальна», рассмотренных в главах 7–9).
10.2 Упражнение о цели и энергии
Если не считать упражнения «Подлинный долг бытия» в «Вельзевуле», это самый ранний пример преображённого созерцания — в отличие от того, что я называю заданием или дисциплиной, — о котором достоверно известно, что его действительно дал Гурджиев, и который имеет надёжную датировку. Запись слов Гурджиева от 29 декабря 1930 года в Нью-Йорке, подлинность которой признавали как Жанна де Зальцман, так и Ольга де Гартман,7 гласит (с нумерацией абзацев):
1. Чтобы обрести энергию, господин Гурджиев дал упражнение для тех, кто уже способен часто автоматически вспоминать свою цель, но не имеет сил сделать это.
2. Сидите в одиночестве не менее одного часа.
3. Расслабьте все мышцы.
4. Позвольте ассоциациям идти своим чередом, но не давайте им поглотить вас. Скажите им: «Если вы позволите мне сейчас заняться своим делом, я позже исполню ваши желания». Смотрите на ассоциации как на другое существо, чтобы не отождествляться с ними.
5. В конце часа возьмите листок бумаги и напишите на нём свою цель. Сделайте эту бумагу своим Богом. Всё остальное — ничто.
6. Доставайте её из кармана и читайте постоянно, каждый день. Таким образом она станет частью вас. Сначала теоретически, позже — фактически.
7. Чтобы обрести энергию, практикуйте это упражнение: сидеть неподвижно и делать мышцы мёртвыми. Лишь когда всё в вас будет спокойно в течение часа, принимайте решение о своей цели. Не позволяйте ассоциациям поглотить вас.8 Я хотел бы сделать следующие замечания: 1. То, что это упражнение давалось по меньшей мере отчасти для того, чтобы «обрести энергию», повторяется в абзаце 7. По-видимому, оно направлено именно на то, чтобы найти энергию для вспоминания своей цели, причём не просто «автоматически» — то есть лишь формирующим аппаратом головы. Наличие цели имеет решающее значение в системе Гурджиева.9
2. Требуемая для этого упражнения продолжительность — один час — примечательна. Это один из самых длительных периодов времени, предписанных для какого-либо из известных мне упражнений Гурджиева.
3. Расслабление всех мышц считается предварительным